Автор: admin
Добавлено: 25-07-2016
Комментариев: 0
Оценок: 1
Просмотров: 1731

Добавить в избранное

Восток – дело тонкое! А также заманчивое, таинственное, недоступное для многих и интригующее. Вы когда-нибудь горели желанием узнать, что же находится у арабки под длинной чёрной абайей? Многие европейцы, пребывая в странах Персидского залива, задаются этим вопросом, но он так и остаётся неразрешённым, поскольку восточные женщины очень закрытые и созданы только для своих мужчин. Но женское начало – есть женское начало, и оно то порой и разжигает взаимный интерес по отношению к европейским и славянским мужчинам. Но преградой становятся всё те же колючие законы Шариата. Выход один – ехать арабской даме на запад. Так вы ещё хотите заглянуть под абайю восточной красавицы?

Зейнаб подъехала на такси к отелю, что на одной из улиц Марселя. Ливанка в чёрной длинной абайе, которая обтекала её тело, спускаясь до земли, и в чёрном никабе*, через прорезь которого горели большие зелёные глаза, вышла из авто и направилась внутрь. Поднявшись на 4 этаж и подойдя к номеру 407, она постучалась. Дверь открыл лысый француз в белой майке.

- Ты Зейнаб? – спросил он немного недоверчиво.

- Да, это я! – ответила девушка глубоким бархатным голосом, от которого у француза пробежали мурашки по коже.

- Проходи! – сказал он, и они направились в гостиную.

На диване за небольшим стеклянным столиком сидел другой мужчина, скорее всего, друг лысого. Кстати, о именах. Лысый – это Пьер, а его товарищ по распутству Люк.

- Выпьешь немного виски? – предложил лысый.

- Деньги на стол. По 300 евро с каждого! Я не пью.

Мужчины положили перед ливанкой 600 евро двенадцатью оранжево-коричневыми купюрами. Взяв их и пересчитав, девушка положила в сумочку и уставилась на французов.

- Покажи нам, что у тебя под балахоном! – просил Пьер.

 

Арабский эскорт

 

Зейнаб развернулась к ним спиной и, опускаясь на пол на четвереньки, процедила сквозь зубы: «Это называется абайей!». Встав на разложенную по полу шерсть медведя, она, повернув голову назад и сверля заманчивым взглядом мужчин, одной рукой задрала абайю до талии. Перед взором предстали ножки, стоящие на коленях, в чёрных чулках с ажурными бортами. Французы скользнули жадными глазами по ножкам вверх, добираясь до упругой попки, между ягодиц которой бежала кружевная полосочка чёрных стрингов. Продолжая обжигать Пьера и Люка зелёными глазами, она приманила их к себе. Первым соблазнился лысый. Он, подойдя к ней, присел над попкой и начал её поглаживать. Здоровая ладонь щупала аппетитные ягодицы арабки, а та двигала немного попой в стороны. Француз оттянул полосочку трусиков в сторону и пальцем провёл по узенькой влажной щелке с коричневыми половыми губками. Зейнаб чуть слегка простонала от прикосновения. Двигая по киске средним пальцем, Пьер уставил большой в анус девушки и принялся им массировать тугое колечко. Вскоре оба пальца его оказались в двух дырочках. Он медленно вставлял их внутрь, средний уже довольно обильно смочился вязкой слизью. Арабка постанывала, двигая от наслаждения тазом и шевеля попкой, и собралась снять с себя никаб, но в это время к ней подошёл Люк.

- Не трогай! Оставь его на голове! – сказал он тихо и, высунув член из брюк, поднял им повязку никаба и вручил ствол губкам девушки.

Она поймала горячую фиолетовую головку ртом и принялась с чувством посасывать её. Постепенно её губки насаживались дальше, и она уже заглатывала член до половины. Весь процесс был скрыт чёрной тканью никаба. Сквозь прорезь для глаз арабка смотрела снизу вверх на француза, мыча от удовольствия, а он шипел от получаемого наслаждения. Ещё бы! Кончиком языка Зейнаб облизывала головку ствола внутри ротика, вместе с этим продолжая немного засасывать в себя член. А Пьер, натянув презерватив на своего двадцати сантиметрового коня, вошёл в истекающую дырочку. Он взял арабку за бёдра под талию и начал стремительно проникать в девушку. В перерывах от минета она страстно стонала. Взяв обеими руками её за голову, Люк сам принялся совать фаллос в её искусный ротик.

Через минут десять они расположили ливанку между собой. Люк лёг на пол и посадил верху шлюху. Она опустилась на его пульсирующий ствол своей мокрой киской. А Пьер, встав над поясницей девушки, присел немного и плавно ввёл член в тугое отверстие попки. Постепенно набирая обороты, французы овладевали ею в два члена одновременно. Арабка стонала, повизгивая, закусывая ткань никаба, которая касалась губ. Тот, что лежал род ней, взял через абайю груди Зейнаб и жёстко их щупал, совершая круговые движения. Начал их тянуть на себя и быстрее и глубже входит в горячее влажное лоно. А анус совсем раскраснелся от настойчивых проникновений Пьера.

- Давай сменим позицию, mon amie*! – закряхтел Люк.

Компания переместилась на диван. Люк расположился на нём полулёжа, откинувшись на спинку. Зейнаб, засунув руки под абайю, взяла трусики, чтобы снять их. Пьер взял подол абайи и поднял его, чтобы лицезреть соблазнительный процесс. Раскачивая округлыми бёдрами, арабка стянула с себя кружевные трусики и взобралась на Люка. Повернулась к нему спиной и присела. Он направил свой горячий покрасневший ствол в попку, и девушка села на него. Ощущая стенками анала дикую пульсацию, она тихонько стала приседать на нём, а Пьер встал на диван, оказавшись между ног в чулках. Раздвинув их шире, он ввёл фаллос в липкую хлюпающую киску и сделал парочку движений вперёд. Устроившись поудобней, он начал быстрее совать член во влагалище. Ливанка снова оказалась между двумя французами и испытывала несказанное наслаждение от их диких стволов. Наконец, приблизился час её оргазма, и она с визгом вцепилась в плечи мужчины, извиваясь в божественных конвульсиях. Немного успокоившись и размякнув, она вовсе растаяла в руках Пьера и Люка, которые посадили её на стеклянный столик. Подрачивая свои пульсирующие стволы, они направили их на ливанку. Первым брызнул Люк. Его головка извергла целый поток горячей белой жидкости на чёрную абайю. Капли отлично контрастировали с фоном одежды. Он спустил последние капельки на сочные бугорки, обтянутые чёрной тканью. Вслед за ним принялся струить его напарник. Но он просунул подрагивающий фаллос в прорезь никаба, направив ствол вниз. Под никабом не было видно ничего, только упругий стержень натягивался им. Зейнаб быстро облизывала язычком разгорячённую головку француза, и она брызнула спермой. Капли струились ручьём вниз, вытекая из-под повязки и капая на абайю. Семя растекалось по чёрной материи, вязкими каплями свисая с конца никаба, а ливанка тяжело дышала. Французы также переводили дыхание после такой жаркой сцены…

- Merci! – заявила арабка, улыбаясь и натягивая трусики обратно после душа.

- Мы позвоним тебе, вкусная! – сказал Люк,  покуривая сигару и выпуская клубы дыма.

Путана натянула на ножки чулки и, надев туфельки, упорхнула из номера, оставив мужчин млеть от послевкусия восточной сказки!

* Никаб – головной убор женщин востока, закрывающий полностью лицо, но оставляя прорезь для глаз

* Mon amie – мой друг (франц.)

* Merci – спасибо (франц.)